ШИИЗМ (араб. шӣ‘а – приверженцы, сторонники) – второе (после суннизма) крупное течение ислама, приверженцы которого составляют 10–15% всех мусульман. Шиизм объединяет различные ответвления, общим для которых является легитимизм – признание за «семьей Мухаммеда» (’ахл ал-байт) исключительного права на верховную, религиозную и политическую власть в мусульманской общине. Название происходит от арабского выражения «шӣ‘ат ‘Алӣ», приверженца ‘Алӣ – двоюродного брата Пророка, его воспитанника, и зятя, мужа его дочери Фа̄т̣имы, через которую у Мух̣аммада появились единственные потомки мужского пола – ал-Х̣асан и ал-Х̣усайн.
В центре шиитского спектра стоят имамиты (или иснаашариты, т.е. дюжинники или двунадесятники – по числу признанных ими имамов-предводителей), представляющие самую многочисленную общину шиитского ислама, вследствие чего обычно их отождествляют с шиизмом как таковым. С нач. 16 в. имамитское учение становится государственным вероисповеданием Ирана. В Ираке имамиты составляют половину населения страны, их общины существуют также в Ливане, Сирии и других странах.
Подобно суннитам, имамиты основывают свою доктрину на Коране и сунне. Но к хадисам – преданиям, возводимым к Пророку, они присоединяют предания, возводимые к своим имамам (при строгом различении, однако, тех и других). Кроме того, сами хадисы Пророка обычно имеют у них иные линии передачи, нежели в суннитском исламе, хотя по содержанию большинство хадисов совпадают. Вместе с тем Коран и сунну, и вообще религию, имамиты понимают в соответствии не только с их внешним значением, но с их внутренним, сокровенным смыслом. Эзотеризм пронизывает всю шиитскую религиозность, включая народную.
Имамитское вероучение имеет пять принципов: единобожие, справедливость Божия, пророчество, имамат, воскресение. Первый, третий и четвертый догматы в сущности общие с суннитским исламом. В понимании второго принципа между ними имеются некоторые различия, ибо шииты переняли у мутазилитской школы калама концепцию свободы человеческой воли (без этой свободы было бы несправедливо признать человека ответственным за свои поступки). Радикальное же расхождение с суннитским вероучением обнаруживается только в четвертом догмате – в учении об имаме–халифе.
Согласно имамитской теократической (точнее иерократической) концепции, имам наделен особой духовностью, безгрешен и непогрешим, посвящен в сокровенные стороны религии и иное тайное знание. Он не избирается, а назначается. Первый же имам, ‘Алӣ, был определен самим Пророком в качестве своего преемника. Цепь двенадцати имамов из рода ‘Алӣ замыкает ал-Махдӣ, который, как полагают, не умер, а с 9 в. перешел в состояние «сокрытости» (г̣айба), которое длится до кануна конца света, когда имам вновь появится, «чтобы наполнить мир правдой и справедливостью». Но скрытый имам продолжает руководить общиной, незримо направляя богословов-муджтахидов, имеющих, т.о., право самостоятельного толкования норм религии.
Справа (т.е. ближе к суннитам) от имамитов стоят зайдиты, у которых функции имама фактически тождественны с функциями суннитского халифа. Левый же (или «крайний», г̣ула̄т) шиитский спектр гл.о. охватывает исмаилитов (см. Исмаилизм), друзов, нусайритов (алавитов), развивших эзотерическую доктрину имамата в сложную теософскую систему. В целом для последних течений шиизма характерна тенденция к обожествлению имамов, а в практическом отношении – антиномизм.
В имамитском шиизме процветали те же религиозные дисциплины, что и в суннитском исламе – коранистика (особенно экзегетика), хадисоведение, юриспруденция-фикх. Имамитская, или джафаритская, школа фикха, основанная шестым имамом Джа‘фаром aс̣-С̣а̄дик̣ом (ум. 765), отличается от суннитских школ не больше, чем эти школы расходятся между собой. В настоящее время она канонизирована суннитами наравне с их четырьмя школами.
Шиизм развивал и спекулятивную теологию – калам. На раннем этапе, по-видимому, теологическая мысль шиизма тяготела к антропоморфизму. Крупнейшему ее представителю Хиша̄му Ибн ал-Х̣акаму (ум. 814) доксографы (прежде всего суннитской ориентации) приписывают представление о Боге как о теле, «по высоте уступающем горе Абу Кубайс», но постепенно шиитская теология осваивала рационализм мутазилитов, заимствовав у них антиантропоморфную, абстрактную концепцию божества и антидетерминистскую позицию в вопросе о свободе воли (отвергая одновременно мутазилитские воззрения, несовместимые с шиитской политической доктриной имамата). Видными мыслителями имамитской багдадской школы калама были аш-Шайх̱ ал-Муфӣд (ум. 1022) и аш-Шарӣф ал-Муртад̣а̄ (ум. 1044). Соединение шиитского калама с арабоязычным перипатетизмом осуществил Нас̣ӣр ад-Дӣн ат̣-Т̣ӯсӣ его ученик ал-Х̣иллӣ (ум. 1325).
По сравнению с суннитским исламом шиитская среда оказалась более благоприятной для философии. К шиитам примыкали такие крупные представители восточного перипатетизма, как ал-Фа̄ра̄бӣ и Ибн Сӣна̄, а также «Братья Чистоты». Синтез перипатетизма, ишракизма-иллюминационизма ас-Сухравардӣ и суфийской традиции Ибн ‘Арабӣ воплотился в творчестве К̣ут̣б ад-Дӣна аш-Шӣра̄зӣ (ум. ок. 1311/1317) и особенно представителей процветавшей в Иране в 17 в. «исфаганской школы» философии – Мӣр Да̄ма̄да (ум. 1631) и С̣адр ад-Дӣна аш-Шӣра̄зӣ (известного также как Мулла̄ С̣адра̄; ум. 1640).
Т.Ибрагим
Ссылка на оригинальный ресурс: https://iphlib.ru/library/collection/newphilenc/document/HASHfa8b4aa9682877871d14fa